RU
/
ENG
Войти
/
Регистрация
вход для пользователей

Леонид Павлючик: «2018 год стал удачным для нашего кино»

7 Декабря 2018
С кем, как не с уважаемым кинокритиком и киноведом, стоит побеседовать об итогах 2018 года для отечественного кинематографа, и у кого же, как не у него, узнать мнение о перспективах фестиваля «Мужская роль»?

11.jpg

Вице-президент Гильдии киноведов и кинокритиков, действительный член Академии кинематографических искусств «Ника», член Евразийской телеакадемии, член Союза журналистов и Союза писателей России Леонид Павлючик является добрым другом фестиваля «Мужская роль».

В течение нескольких лет Леонид Васильевич периодически рекомендует продюсеру «Мужской роли» Светлане Старостиной обратить внимание на те или иные фильмы, снятые в России и подходящие «Мужской роли» по смыслу и формату. А в этом году Павлючик стал одним из членов впервые приглашенного на смотр профессионального жюри, решавшего судьбу главных призов фестиваля.

С кем, как не с уважаемым кинокритиком и киноведом, стоит побеседовать об итогах 2018 года для отечественного кинематографа, и у кого же, как не у него, узнать мнение о перспективах фестиваля «Мужская роль»?

— Каким этот год был для российского кино?

— У меня есть ощущение, что это был очень удачный год для нашего кино. Может быть, не было такого выдающегося фильма, как «Левиафан» Звягинцева или прошлогодняя любимая мною «Аритмия» Хлебникова, то есть картины громкого общественного звучания, которая произвела бы еще и фурор на международных фестиваля, но было масса очень достойных, крепких картин.

В советское время если появлялось 10-15 хороших фильмов — год считался удачным. У меня есть ощущение, что в этом году хороших лент было больше,. Навскидку: «Человек, который удивил всех», прогремевший в Венеции и Онфлере, якутский фильм «Царь-птица», который победил на Московском кинофестивале, «Сердце мира», победивший на «Кинотавре», фильм «Подбросы» Ивана Твердовского, который имеет колоссальный фестивальный успех в Европе.
Картину «История одного назначения» лично я выдвинул бы от нашей страны на «Оскар».

Мне кажется, что при всей точности воссоздания известной исторической коллизии, при всем уважении авторов к эпохе 19 века, она звучит очень злободневно и современно. И, думаю, в Америке она бы прозвучала, поскольку у американцев есть большой интерес к Льву Толстому, к его жизни и творчеству. По моему мнению, наша кинообщественность недооценила этот фильм.

Хорошие фильмы — «Довлатов», «Спитак», «Собибор» (который Россия выставила на «Оскар»). Может быть, они не во всех своих компонентах совершенны, но, тем не менее, это достаточно серьезные, крепкие и профессионально состоятельные работы.

Это если говорить про авторский сегмент. Но были еще и хорошие зрительские картины. Например, «Движение вверх» — фильм, который побил все мыслимые и немыслимые кассовые рекорды. Была картина «Лед», которая тоже произвела определенный фурор среди кинозрителей.

Если говорить о коммерческой составляющей, то доля нашего кино в прокате приближается сегодня к 30%. Я долго живу на свете, и еще хорошо помню те относительно недалекие времена, когда доля российского кино составляла всего 2%. Так что все познается в сравнении…

— Вы наверняка много обещаетесь с создателями фильмов. Для чего они сейчас снимают кино, чего хотят?

— У всех свои причины. Есть ряд людей, которые не скрывают, что просто хотят заработать деньги на кинематографе. Есть группа профессионалов, которые готовы качественно снимать продюсерское кино, они делают профессиональный кинопродукт, не замахиваясь на то, чтобы потрясти мир своими интеллектуальными и душевными откровениями.

И есть группа авторов, для которых главное — высказаться по наболевшей проблеме, поделиться своими мыслями, наблюдениями, чувствами. Для меня образец авторского кинематографа — это фильмы Андрея Звягинцева, которого не заставишь снять то, что нужно продюсерам, он снимает только то, что он хочет сказать зрителю.

У нас сегодня достаточно пестрая киноиндустрия. Единственное чего мне не хватает — количества снимаемых фильмов. Когда мы говорим про долю нашего кино в 30 % (это при 120-130 снимаемых ежегодно фильмов), то если бы этих фильмов было 250 (а для такой большой страны это немного), то доля нашего кино естественным образом была бы примерно под 50 процентов. А это то, к чему должна стремиться наша киноиндустрия.

Кинематограф — это не только развлечение, это возможность нации посредством экрана осознать самое себя, свои проблемы, беды, надежды. Поэтому, если государство будет вкладывать больше денег в кинопроизводство, если оно начнет бороться с пиратством, займется осмысленной прокатной политикой, то наш кинематограф наконец-то «встанет с колен».

— Какова роль кинофестивалей в данном контексте? Что можете сказать о фестивале «Мужская роль»?

— Кинофестивали как раз восполняют потребность зрителей в отечественном кино. В том числе и любимый мною пензенский фестиваль «Мужская роль». Все-таки 6 авторских картин, сделанных в текущем году, в Пензе посмотрели тысячи людей, и это замечательно. Фестиваль стал настоящим праздником для города, для интеллигенции, и, кстати, подлинной радостью для авторов фильмов, потому что сегодня пробиться к зрителю очень сложно, особенно содержательному, умному авторскому кино.

По моему мнению, фестиваль «Мужская роль» нужно расширять, укрупнять. Во-первых, нужно увеличивать количество показываемых в рамках фестиваля картин, потому что конкурсная программа из 6 лент недостаточно репрезентативна. Надо хотя бы 10-12 картин показывать в конкурсе, а может быть, нужна еще и параллельная программа. В идеале в рамках фестиваля должно быть 20-30 картин. Для этого нужно, чтобы фестиваль проходил не три дня, а работал во временном отрезке, традиционном для большинства фестивалей в России — минимум неделя.

А поскольку фестиваль называется «Мужская роль», то в его рамках, наверное, нужен круглый стол или конференция с приглашением культурологов и другого рода мыслителей, которые будут обсуждать увиденное, «искать» новых героев. Естественно, под это нужны бюджетные вливания, руководство области должно это понимать. Никто же не знал заштатный французский город Канн, пока там не возник кинофестиваль.

Мало кто знал город Выборг Ленинградской области, пока там не начали проводить кинофестиваль и туда не стали приезжать сотни журналистов. Выборг стал туристическим центром, но в нем существовала проблема с запустением в исторической части города.

Благодаря журналистам, которые приезжали и писали не только о фестивале, но и о Выборге, его проблемах, живописали руины, в итоге из федерального центра пришел миллиард рублей на восстановление и реставрацию города. То есть, сначала Выборг и область потратились на фестиваль, но потом получили значительно больше.

У Пензенской области богатейшая культурная составляющая, о чем за пределами региона мало кто знает. Имена Лермонтова, Мейерхольда, Куприна, Белинского, Лентулова могут привлечь в Пензу и окрестности сотни тысяч туристов. Но для этого надо, чтобы сюда приезжали журналисты, съемочные группы, писали об этом, снимали сюжеты. Поверьте. Я не рисую сейчас картину про Нью-Васюки…

— Кинокритик сегодня — для чего он нужен? Кто к нему прислушивается?

— В идеале кинокритик должен быть посредником между художником и зрителем, между экраном и залом. И в старые времена, при больших тиражах газет и журналов, кинокритик эту функцию выполнял. Сегодня это происходит в меньшей степени, но нельзя сказать, что мы работаем впустую. Все публикации о фильмах так или иначе до их создателей доходят. Некоторые из них гордо говорят, что не читают ничего о своих фильмах (видимо, чтобы не портить себе настроение).
Разумеется, это дело художника — прислушиваться к критику или нет, но взгляд со стороны иногда бывает очень полезен. Умный режиссер рассудит, что даже если критик чего-то не понял, ошибся в восприятии фильма, значит, в этом есть и его, автора, недоработка.

Что касается зрителей, то многие из них ориентируются на критические оценки, на фестивальные призы, потому что это знак определенного качества. Есть зритель, который ходит в кино, чтобы развлечься, поп-корн пожевать подружку подержать за коленку — они рецензии не читают. Но люди, которые относятся к кино, как к искусству, — для них кинокритик — лоцман в огромном море кино.

Кстати, критик — тоже человек и может заблуждаться. Я всегда с благодарностью читаю тех коллег, которые, к примеру, не приемлют фильм, который нравится мне, пытаюсь понять их точку зрения. И порой им удается меня переубедить.

— Сейчас существует много киноблогеров, как относитесь к ним?

— Каждый имеет право на свое мнение, но я бы предпочел, чтобы зрители больше прислушивались к людям, у которых есть право и основание для оценок фильмов, их анализа. Нужна определенная культура, «насмотренность» для восприятия явлений экрана. Многие кинокритики учились во ВГИКе, кто-то пришел из журналистики, но за их плечами — десятилетия изучения кино как искусства и тысячи просмотренных фильмов.

Опытные кинокритики — такие как Андрей Плахов, Валерий Кичин, Антон Долин, Юрий Гладильщиков меня в качестве экспертов устраивают больше, чем новоявленная череда полуграмотных блогеров, которые зачастую размашисто и неквалифицированно раздают фильмам торопливые оценки.

Теги: Леонид Павлючик: «2018 год стал удачным для нашего кино»

4
Комментарии (0)
Добавить комментарий