RU
/
ENG
Войти
/
Регистрация
вход для пользователей

Должна ли Русская Православная церковь признать свою ответственность за начало Русской революции, за последующую гражданскую войну и богоборчество россиян?

1 Марта 2018
Андрей Мясников, д.ф.н., профессор ПГУ, председатель Пензенского отделения РФО

Поводом для такого вопроса стали общероссийские шествия православной общественности 19 февраля 2018 года под лозунгом «1918-2018», посвященные столетию начала гонений на Русскую православную церковь.

55.jpeg

В связи с памятными событиями столетней давности всё чаще раздаются голоса о том, что РПЦ — это жертва революции, что её служители невинно пострадали в результате большевистского террора, и что теперь все россияне должны отдать ей какую-то дань, и лучше, если в виде материальной помощи. Возникает такое впечатление, что Церковь не виновата в тех революционных потрясениях, что она оказалась случайной жертвой красного террора. Но так ли это?

Попробуем доказать обратное. По моему мнению, Церковь должна признать свою вину и ответственность за события столетней давности. Эта ответственность предстаёт в нескольких взаимосвязанных аспектах.

Во-первых, РПЦ несёт юридическую ответственность за гражданскую войну 1918-1922 гг., так как её служители поддержали белогвардейское движение, и открыто выступили против большинства народа, чьи интересы на тот момент представляли большевики. Победа большевиков («красных») в гражданской войне доказала, что Церковь является антиреволюционной силой, препятствующей созданию нового государства рабочих и крестьян. А поэтому возвращение РПЦ прежней собственности является очень сомнительным решением нынешней верховной власти; если только не считать это настоящим «белым реваншем».

Во-вторых, Церковь несёт политическую ответственность за многовековое идеологическое обслуживание самодержавной российской власти. Идейная и ценностная поддержка крепостничества и деспотизма удерживала русский народ и другие народы России в подневольном, рабском состоянии, что вызывало справедливое возмущение у многих просвещённых людей. Например, Александр Радищев в своей оде «Вольность» (написанной в 1783 году) впервые прямо заявил, что самодержавное государство и церковь «союзно общество гнетут» . А великий критик Виссарион Белинский в письме Николаю Гоголю также прямо говорит о Православной церкви, что «она всегда была опорою кнута и угодницей деспотизма» .

Как пишет Белинский, «Церковь же явилась иерархией, стало быть поборницею неравенства, льстецом власти, врагом и гонительницею братства между людьми, − чем и продолжает быть до сих пор». И далее еще жёстче: «но неужели же и в самом деле Вы не знаете, что наше духовенство находится во всеобщем презрении у русского общества и русского народа?»; «Большинство же нашего духовенства всегда отличалось только толстыми брюхами, теологическим педантизмом да диким невежеством». Пожалуй, этих хлёстких и точных определений Белинского уже достаточно, чтобы перейти к следующему типу ответственности.

В-третьих, РПЦ несёт социально-экономическую ответственность за беспощадную эксплуатацию российского народа, за намеренное удержание его в состоянии холопства и наивности, что в итоге обернулось звериным насилием против самой Церкви. Как тут не вспомнить известную сказку Александра Пушкина «О попе и работнике его Балде», в которой обличается жадность служителя Церкви, корыстолюбие, которое превращает простых тружеников в бесплатные орудия труда и явно нарушает христианскую заповедь о любви к ближнему своему.

В-четвёртых, Церковь несёт моральную ответственность за оправдание насилия, войны, за оправдание бесчеловечной эксплуатации простых тружеников, за высокомерие и извращение морального духа христианского вероучения. Здесь мы можем обратиться к поздним сочинениям Льва Толстого, к его суровой критике Православной Церкви. По мнению Толстого, существующая Церковь порождает ложную веру с помощью признания неравенства людей, с помощью слепой веры в чудеса, и с помощью признания непогрешимости церковных толкований воли Бога . Самым страшным извращением христианской религии, по мнению Л. Толстого, является недоверие собственному разуму, которое порождает наивность и доверчивость к любому внешнему авторитету, и способствует тому, что человек легко превращается в орудие чьей-то воли, в раба системы, в жертву политических прихотей.

Здесь мы выходим к самому главному, пятому виду ответственности Церкви — метафизической ответственности за неверие и богоборчество восставшего, революционного народа. Лев Толстой уже предвидел в начале 20 века, что освободившись от религиозного обмана, люди начинают так ненавидеть «духовную ложь», что становятся совершенно беспринципными нигилистами, бессовестными борцами за свои частные амбиции и интересы, способными и разрушать храмы, и убивать своих прежних пастырей.

Неверие и безбожие являются вполне закономерной реакцией людей на длительный обман и насилие, и вместе с тем беспощадная агрессия этих новоявленных революционеров-нигилистов будет реальным историческим возмездием. Примерно, как в сказке А. Пушкина о жадном и коварном попе, и как в известном стихотворении М. Лермонтова «Предсказание»:

Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь…

Подводя итог, хотелось перейти на умиротворяющий язык, и обратиться к подлинно христианским, разумным, гуманистическим смыслам человеческой жизни, о которых мечтали наши предки, в том числе и такие великие как Радищев, Пушкин, Лермонтов, Белинский, Толстой. Они хотели правды и справедливости в этой земной жизни…

P.S.

Почему важно публично обсуждать такие острые и болезненные вопросы нашей истории? Ответ очень прост: чтобы учиться на ошибках наших предков, и делать свою жизнь более комфортной, красивой и интересной. Без осмысленных и обоснованных выводов или «уроков истории» вряд ли получится создать надёжное, правовое государство и хорошее современное общество.

Нам ещё предстоит серьёзное и вдумчивое осмысление недавнего исторического опыта, и в ходе этого суда истории все действующие лица равны, включая и самодержавную власть, и русскую православную церковь, и партию большевиков с чекистами, и многих конкретных лиц, совершивших самые разные деяния. Конечно, если не хочется участвовать в этом тяжёлом процессе, то ведь никто и не заставляет, это дело добровольное…

Фото В. Белякова

Теги: Должна ли Русская Православная церковь признать свою ответственность за начало Русской революции, за последующую гражданскую войну и богоборчество россиян?

7
Комментарии (2)
0
Михаил Чернецов
Вот парадокс. Церковь мыслит себя как бого-человеческий организм. Божественная составляющая идеальна, а люди - нет. Включаем функцию "двоемыслие" и всё срастается: церковь всегда права, поскольку в ней действует Дух Божий, а если не права - то это итог действий человеческого элемента. Но поскольку ставить под сомнение действие Духа Божьего есть отпадение от церкви, то указать на ошибки церкви в моменте её члену становится невозможно. В лучшем случае - задним, очень задним числом. То есть когда уже косяки становятся совсем уж очевидны, то тогда все списывается на "человеческий фактор".
Но вот ведь в чём прикол: "Они хотели правды и справедливости в этой земной жизни…" - этот вот пункт никак не соотносится с собственно церковным пониманием своей роли. Христианство в чистом виде не заботится о благах этого мира. Очистить душу от страстей, принять несовершенство мира и окружающих через осознание собственного несовершенства. Увы, нравственный абсолют оказывается на практике несовместим с вызовами сложного общественного организма. Приходится выбирать: либо ты последовательно верующий, не наезжающий на богатых попов (ты же им в душу не заглянешь), не ропщущий на власть (ибо кесарю - кесарево, а Богу - божие) и вообще не стяжающий благ земной жизни. Либо ты убежденный прагматик, и церковь можешь критиковать, но себя тогда верующим (по крайней мере, православным христианином) называть негоже. По факту же у нас на лицо какие-то промежуточные компромиссы.
0
Андрей Мясников
Конечно, нужно различать церковность и естественную религиозность людей. Церковь как социальный институт нуждается в обновлении, чтобы не быть препятствием в развитии общества. А естественная религиозность очень близка общечеловеческой морали
Добавить комментарий